TY  - JOUR
T1  - МОРИЦ ИЛЬИЧ МИХЕЛЬСОН: ПЕДАГОГ, ОБЩЕСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, ЛЕКСИКОГРАФ (К 200-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ)
JF  - Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена
DO  - 10.33910/1992-6464-2025-218-319-329
AU  - Сидоренко, К П
Y1  - 2025-12-30
UR  - https://rep.herzen.spb.ru/publication/21002
N2  - Введение. Мориц Ильич Михельсон (1825-1908) - российский педагог, переводчик, общественный деятель, лингвист-лексикограф. Делом его жизни стал двухтомный словарь русской фразеологии (1902-1903). Заслугой лексикографа можно признать обоснование идиоматики как явления языка, отраженное в названии словаря - «Русская мысль и речь». Фразеология для него - это «физиономия языка», воплотившаяся в опыт идиоматического тезауруса. Материалы и методы. Сплошной анализ лексикографического материала у Михельсона показал, что идиоматика выступает как фрагмент русской языковой картины мира конца XIX - начала XX в. В корпус словаря входят фразеологизмы в традиционном понимании, меткие слова и выражения, оригинальные грамматические обороты, паремии, загадки, сопровождающиеся комментариями, иллюстрациями, отсылками, сравнениями. Результаты исследования. Классификация словарных единиц позволяет утверждать, что существенное место в книге занимают живые речения, неологизмы, слова и фразеологизмы, пословицы, крылатые выражения, отражающие своеобразие русской языковой ситуации. Важным для теоретической лексикографии стало привлечение иллюстративных примеров не только из русской классики, но и использование текстов «второстепенных» писателей, во многом определяющих жизнь языка. Подача материала у Михельсона основана на ассоциативно-отсылочной методике, показывающей продуманную лексикографическую стратегию. Воплощается принцип самодостаточности словарной единицы, а нередкое отсутствие толкования компенсируется обильным иллюстративным материалом. Констатация параллельного факта, как русского, так и иностранного, делает избыточным описательное объяснение и показывает доминирование структурно-семантической модели как основы лексикографической интерпретации. Михельсон доказал, что русская идиоматика невозможна без фонового иноязычного материала, который вводится в переводной или беспереводной форме и сопровождается отсылочными пометами. Именно привлечение иноязычных выражений в дальнейшем позволило исследователям уточнить фразеологические этимологии и избежать как недооценку русского происхождения, так и переоценку «русскости». Заключение. Упреки рецензентов в «несистемности», по сути, определяют достоинства лексикографического предприятия Михельсона и показывают системность глубинную. Фразеология в современном понимании является частью идиоматики как явления многоуровнего. Это позволило автору осуществить идиоматическое моделирование, частным разделом которого стало уже моделирование фразеосемантическое. Четыре издания словаря представляют собой единую тетралогию, являющуюся первым опытом русского идиоматического тезауруса.